Реклама на портале
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
в мире животных
затерянный мир
между кошкой и собакой
чудеса
анекдоты
астрология
сонник
творчество читателей
охотничьи рассказы
animal_style
на досуге
«Цветы» моря — актинии
«Художественные» коровы
«Экватор»: интересные факты
10 лучших способов отдыха с животными . Часть1.
10 лучших способов отдыха с животными. Часть 2.
Murashi
Австралия: самого белого и горбатого кита велели не беспокоить
Акула-людоед (Great White Shark) устанавливает рекорд
АРИЯ. Заключительный концерт тура 22 мая в CDK МАИ
В 2002 году в США зафиксировано рекордное количество домашних кошек и собак
В Британии собак учат по запаху определять ухудшение состояния диабетиков
В Москве построят самый большой в Европе океанариум
В США установлен новый мировой рекорд в забеге на сто метров среди животных - 6,13 секунды
В Рио-Гранде рыбаки поймали крокодила
Верхом на носороге
Верхом на скатах
Веселые зверушки (фотографии)
Веселые картинки
Вшивый Петербург
Горбатая муха должна обезглавить огненного муравья
Город бегемотов (стихотворение Эдуарда Успенского)
Гости забыли в отеле скаковую лошадь
Деликатесная барабулька
Дельфины — интеллигенты водной стихии
Дикие свиньи
Домашние животные (из рассказов, заметок и трактатов Кати Метелицы)
Домашние животные древних египтян
Жаба зеленая
Животные Гоа
Животный мир острова Бали, Индонезия
За особые заслуги перед человечеством
Запашистый хорек
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО…
Золотистоглазая квакша
И Черное море не без акул
Из-за кризиса начальниками железнодорожных станций назначают... домашних животных
Интересные факты о сурикатах
История с бычком
Как белка разгрызает орехи
Как растут панды (фотографии)
Кенгуру (фотографии)
Китайская панда устала от материнских забот
Кожистые черепахи, Малазийские тигры, Азиатские слоны, Иравадийские дельфины, орангутанги… Мы их теряем… Время действовать!
Конное поло – спорт аристократов
Кореянка подала в суд на слона
КОРОВЫ УМЕЮТ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ КОМПАСОМ
Кошки Мира (фотографии)
Кривая вывезет верблюда
Крыса-пианист (фотографии)
Кто сожительствует с термитами?
Ласточкино гнездо
Львиный парк в окрестностях Солнечного города
Львица-девица
Любимая собака солиста группы Хали-Гали
Люди стали блохами в рекламе зоомагазина
Лягушки мещерских болот (фотографии)
Маленькая уловка — и рыба становится умнее
Маленькие дети понимают собак - исследование
Мир аквариума (фотографии)
Моя семья и другие звери
Муравьи-работяги и муравьи-наркоманы
Мыши, говорящие на человеческом языке, перестанут быть фантазией мультипликаторов
На площади Альфреда Брема
Названо единственное бессмертное существо на нашей планете
Настоящие саламандры
Ноктилюки — живой свет моря
Носорогам нравятся яркие машины
Ночные гонки на собачьих упряжках прошли в Петергофе
О пользе коров и не только
Ода коровам крымских степей (фотографии)
Озерные вокалисты лягушки
Осел — символ Крыма?
Охотничий клуб (отрывок из книги В. А. Гиляровского «Москва и москвичи»)
Пауки-«нахлебники» и особо ловкие хитрецы
Певчие птицы бьют рекорды
Пингвин: в фас и в профиль
Плавание с акулами
По чему скребут кошки, или Вся правда о кошках
Подводная говорильня
Посетители зоопарка ласково зовут его Владимиром Владимировичем (фотографии)
Последние изобретения для домашних животных и их хозяев
Почему новорожденные рыбы — паршивые пловцы
Признаки хищника
Прилетели бегемоты
Прицельное водяное ружье рыбы-охотника
Про медуз
Про пингвина Степаныча и его голос (Чилийская Пингвиниана)
Про собак (стихотворение для детей)
Путешествие красноухих черепах (фотографии). Часть I
Путешествие красноухих черепах (фотографии). Часть II
Путешествие красноухих черепах (фотографии). Часть III
Работать как пчела. Репродуктивный хаос после смерти матки...
Рабская муравьиная сила
Разведение страусов становится в Армении выгодным бизнесом
Разведенная пара истратила $40 тыс. на судебные издержки их-за раздела любимой собаки
Рапана — незваный пришелец
Рептильные создания
Санитары моря мидии
Скорпион провел 15 месяцев в заключении без пищи и воды
Служба знакомств для обезьян
Собаки похожи внешне на своих хозяев
Страна мурашия (несколько этюдов из мира книг)
Странствия по пустыне на верблюдах
Стрекозы
Талисманы удачи для ИКЕА
Тасмания - где встретить живого дьявола
Термиты
Тритоны Тосики (фотографии)
У рыб обнаружилась "морская болезнь": их укачивает, как людей
Хамса — рыбка сугубо демократическая
Частная жизнь морских лошадок
Чем пахнет весна? Сказка про Волчонка и других лесных обитателей
Что ни страница — то слон, то львица (стихотворение Владимира Маяковского)
Щекастые хомяки
Эти удивительные сурикаты...
Ядовитый дракончик
«Та-ра-кан не ропщет!» (ффф-рейд по книжкам)



на главную страницуновостикарта сайта пишите нам




   Поводок | Литература | На досуге |

  Murashi



1.
Ни баб, ни выпивки, ни денег —
Такое злое было лето.
Я закопался в муравейник
Пусть обглодают до скелета.

Ему не надо есть и пить.
Лежи себе в тиши,
Ни танцевать, ни баб любить, —
Питайтесь, мураши.

Однако, бледный мой скелет
Остался в бренном теле
Стащили те меня в кювет,
А есть не захотели.
Григорьев Олег. «Ни баб…» // Соло. — 1991. — № 6. — С. 45—46.

2.
«Некий раб, который по поручению господина ведал всем его хозяйством и был к тому же управляющим огромного поместья — того самого, где мы остановились, — проживал здесь, женатый на рабыне из того же дома, но сгорал страстью к некоей свободной женщине на стороне. Жена его, оскорбленная изменой, дотла сожгла все его расчетные книги и все, что хранилось в амбаре. Но, не чувствуя себя удовлетворенной и считая, что такой убыток — недостаточная месть за оскорбление ее брачного ложа, она обратила свой гнев против собственной плоти и крови и, вдев голову в петлю, привязав малютку, давно уже рожденного ею от того самого мужа, к той же самой веревке, бросилась вместе с младенцем в глубокий колодец.
Хозяин очень разгневался, узнав об этой смерти, и, схватив раба, доведшего жену до такого преступления, велел раздеть его, всего обмазать медом и крепко привязать к фиговому дереву. А в дупле этого дерева был муравейник, кишмя кишевший насекомыми, и муравьи тучами сновали туда и сюда. Как только они учуяли сладкий медовый запах, шедший от тела, то, глубоко впиваясь, хотя и мелкими, но бесчисленными и беспрерывными укусами, долго терзали, так что, съевши мясо и внутренности, начисто обглодали всего человека, и к зловещему дереву оказались привязанными только сверкающие ослепительной белизной, лишенные всякой мякоти кости…»
Апулей. Метаморфозы. — М., 1993. — С. 238—239.

3.
«…Муравей, мураш, муравль, насекомое, род Formica, коего мелкий вид, «муравышек», «мурашка» водится в жилых домах и кухнях.
Мурашей изводят настоем сажи.
Без пригляду одни только муравьи плодятся.
Муравей не велик, а горы копает.
Муравей не по себе ношу тащит, да никто спасибо ему не молвит; а пчела по искорке носит, да Богу и людям угождает.
Мураши в дом — к счастью.
Крылатые муравьи показались — сей овес.
Муравейный, -вьиный, к ним относящийся; «муравьиные яйца», личинки муравьев; -«спирт», настой на муравьях. «Муравьиная трава», Triticum caninum, из злаков. «Муравьиная куча», муравейник, -вьище, муравище ср. мурашник м. гнездо и жилье муравьиной общины // «Муравейник», самая мелкая порода нашего медведя; // «Муравьище», кочкарник от множества этих туч; // «мурашник», ископаемое муравчатого вида, крапчатое.
За полем горшечек и кипуч и горяч? Муравейник.
Стоит дерево под вершину браво, под кулынь (под корень) сила бьется (подлинный муравейник).
«Мурашник», муравейница ж. муравьиное масло.
Муравьистый прл. обильный муравьями.
Мурашник, муравьятник или муравьед м. myrmecophage, беззубое животное сродное медведю (амерк.), пожирающее муравьев.
Мраволев м. мураволев, дурной перевод названья насекомого Mypmelion, вернее его личинки, строящей ловушки воронкою, для поимки муравьев; воронка, «муравьятник», «мурашник» или мурашан м...»
Толковый словарь живого великорусского языка Владимира Даля. — СПб.;М., 1882. — Т. 2. — С. 359—360.

4.
«…В Москве у меня мещанин знакомый был, — рассказывал Головлев [Степан Владимирович], — так он «слово» знал… Бывало, как не захочет ему мать денег дать, он это «слово» и скажет… И сейчас это всю ее корчить начнет, руки, ноги — словом, все!
— Порчу, стало быть, какую ни на есть пущал! — догадывался Яков-земский.
— Ну, уж там как хочешь разумей, а только истинная это правда, что такое «слово» есть. А то еще один человек сказывал: возьми, говорит, живую лягушку и положи ее в глухую полночь в муравейник; к утру муравьи ее всю объедят, останется одна косточка; вот эту косточку ты возьми, и покуда она у тебя в кармане — что хочешь у любой бабы проси, ни в чем тебе отказу не будет.
— Что ж, это хоть сейчас сделать можно!
— То-то, брат, что сперва проклятие на себя наложить нужно! Кабы не это… то-то бы ведьма мелким бесом передо мной заплясала…»
Салтыков-Щедрин Михаил. Господа Головлевы. — М., 1988. — С. 32.

5.
Д. Хармс — К. Пугачевой
«...Хотите, я опишу Вам также, как я жил однажды целое лето на Лахтинской зоологической станции, в замке графа Стенбок-Фермора, питаясь живыми червями и мукой «Нестли», в обществе полупомешанного зоолога, пауков, змей и муравьев?..»
Хармс Д. Полет в небеса. — Л., 1991. — С. 485.

6.
«…У меня, наверное, кислая кровь, меня насекомые никогда не кусают. — Капитан Пантоха идет мимо Сумасшедшего Дельфина, капитан Пантоха минует Пепельного Дельфина, Рыжего Дельфина, останавливается около Куруиского Муравья, читает: «Ночное насекомое, вредоносное, за одну ночь может разрушить целую ферму, способно совершать переходы в сотни километров, достигнув взрослого состояния, выбрасывает крылья и раздувается». — А вот мою мать, наоборот, ужасно жрут, — только она выйдет на улицу, сразу набрасываются.
— Знаете, этих муравьев здесь жарят и едят с солью и жареными бананами. — Лейтенант Бакакорсо проводит пальцем по хребту сушеной игуаны…»
Варгас Льоса Марио. Рота добрых услуг: Романы. — СПб., 1993. — С. 498.

7.
«Капитан Пантоха наступает на банановую кожуру, капитан Пантоха разглядывает облупившиеся стены старинного колледжа Святого Августина, траву, которая его пожирает, ногой стирает в порошок муравьиное семейство, тащившее листик...»
Варгас Льоса Марио. Рота добрых услуг: Романы. — СПб., 1993. — С. 538.

8.
«Перед самым заходом солнца он лежал, спрятавшись за деревом. По стволу медлительной процессией двигалась вереница муравьев. Он ловил их по одному и ел, лениво и как-то рассеянно, словно гость на званом обеде, который в промежутке между двумя переменами берет с блюда соленые фисташки. У муравьев тоже был соленый вкус, от них сильно шла слюна. Негр медленно ел их, глядя, как они непрерывной цепочкой ползут и ползут по стволу, с ужасающей неуклонностью стремясь навстречу своей гибели. Он целый день ничего не ел; лицо его было скрыто под маской из запекшейся грязи, и только глаза беспокойно бегали в оправе покрасневших век...»
Фолкнер У. Красные листья // Фолкнер У. Собрание рассказов. — М., 1977.

9.
«Он спросил Билли, какая, по его мнению, самая ужасная пытка. У Билли никакого своего мнения на этот счет не было. Оказывается, верный ответ был такой: «Надо связать человека и положить в муравейник в пустыне, понял? Положить лицом кверху и весь пах вымазать медом, а веки срезать, чтобы смотрел прямо на солнце, пока не сдохнет.
Такие дела…»
Воннегут Курт. Бойня номер пять, или крестовый поход детей // Воннегут К. Сирены Титана. — М., 1993. — С. 280—281.

10.
«...вокруг кипела невидимая, мелкая работа, а все, казалось, лежит в торжественном покое.
Между тем в траве все двигалось, ползало, суетилось. Вон муравьи бегут в разные стороны так хлопотливо и суетливо, сталкиваются, разбегаются, торопятся, все равно как посмотреть с высоты на какой-нибудь людской рынок: те же кучки, та же толкотня, так же гомозится народ...»
Гончаров Иван. Обломов. — М., 1985. — С. 228.

11.
«…Я поведаю вам эзотерический путь превращения в низшие существа, — мелькнул он словами. — Да… Да… Когда это происходит естественным, эволюционным, путем — это одно, это долгая история, люди вырождаются в муравьев и прочее…»
Мамлеев Юрий. Голос из ничто // Мамлеев Ю. Избранное.— М., 1993. —С. 558.

12.
«…—Мама, ты только не бойся, сейчас мы сделаем тебе легкий укол.
— Слушай, дочка, откуда у меня столько муравьев в постели? Я вчера рыжих видела...»
Портер Кэтрин Энн. Как была брошена бабушка Вэзерол // Американская новелла XX века. — М., 1989. — С. 115.

13.
«Я узнал в «Рассуждении о громе», что такое молния, воздух, облака; узнал образование дождя и происхождение снега. Многие явления в природе, на которые я смотрел бессмысленно, хотя и с любопытством, получили для меня смысл, значение и стали еще любопытнее. Муравьи, пчелы и особенно бабочки с своими превращеньями из яичек в червяка...»
Аксаков Сергей. Детские годы Багрова-внука. — М., 1982. — С. 237.

14.
«...как муравьиные кучи ожили, зашевелились; как муравьи показались сначала понемногу, а потом высыпали наружу в бесчисленном множестве и принялись за свои работы...»
Аксаков Сергей. Детские годы Багрова-внука. — М., 1982. — С. 433—434.

15.
«...Чечевицын грустно улыбнулся и добавил:
— А также индейцы нападают на поезда. Но хуже всего это москиты и термиты.
— А что это такое?
— Это вроде муравчиков, только с крыльями. Очень сильно кусаются...»
Чехов Антон. Мальчики // Чехов А.П. Избранное. — В 3-х т. — Т. 1. — М., 1994. — С. 603.

16.
«Его мучением были красные муравьи, маршрут ежегодной миграции этих сволочуг пролегал как раз через его жилье, а шли они уже второй месяц.
Муравьи заполнили почти всю хижину, так что нельзя было повернуться: когда их потревожат, они больно кусаются.
Испанец был на верху блаженства, когда я отдал ему свои консервы: он целых три года питался одними томатами…
Как только красные муравьи пронюхали, что появились новые консервы, они стали на страже около коробок рагу*. Коробки нельзя было оставлять початыми — тогда бы в хижину нахлынуло все муравьиное племя. Больших коммунистов трудно себе представить. Заодно они сожрали бы испанца…»
*рагу по-бордосски (А.М.).
Селин Луи Фердинан. Путешествие на край ночи. — М., 1994. — С. 157—158.

17.
«У иных из этих работающих фигур на спине виднелся черный бугорок: это были матери, кроме мешков с пальмовой капустой тащившие дополнительную тяжесть — ребенка. Интересно, способны ли муравьи вот так надрываться?..»
Селин Луи Фердинан. Путешествие на край ночи. — М., 1994. — С. 112—113.

18.
«Возле моей комнаты была другая, в которой никто не жил. В сей последней стоял на окне ящик с землей, приготовленной для цветов. Земля была покрыта обломками обвалившейся с верху стены штукатурки. Окошко было на полдень и хорошо защищено от ветра; словом, это место представляло все возможные удобства для муравьев.
Действительно, когда мне вздумалось посадить в этот ящик тюльпанную луковицу, я нашел в ящике три муравьиные гнезда. Здесь муравьям такое было привольное житье, так весело они бегали по стенам ящика; мне показалось, что было бы слишком жестоко для цветка нарушить спокойствие этих смышленных насекомых; я приискал другое место для моей луковицы, а ящик с муравьями избрал предметом моих наблюдений. Эти наблюдения доставили мне столько наслаждений, сколько бы никогда не могли мне доставить все цветы на свете.
Прежде всего я постарался моим гостям доставить все возможные удобства, и для сего я снял с ящика все то, что могло помешать или вредить им. По нескольку раз в день приходил я смотреть на их работу, а часто и ночью, при лунном свете: мои гости работали беспрестанно. Когда все другие животные спали, они не переставали бегать снизу наверх и сверху вниз, — можно было подумать, что отдых для них не существует.
Как известно, главное занятие муравьев — это запасти себе в продолжение лета пищу на зиму. Я думаю, всем моим читателям известно, что муравьи прячут в земле собранные ими зерна ночью, а днем выносят их сушить на солнце. Если когда-нибудь вы обращали внимание на муравейник, то, верно, замечали вокруг него небольшие кучки зерен. Я знал их обычай и потому чрезвычайно был удивлен, заметив, что мои постояльцы делали совершенно противное: они держали свои зерна под землею в продолжение целого дня, несмотря на солнечное сияние, и, напротив, выносили их наружу ночью; можно было подумать, что они выносили свои зерна на лунный свет, но я ошибся, — мои муравьи имели преважную причину поступать так, а не иначе.
В небольшом расстоянии от окна находилась голубятня; голуби беспрестанно садились на окошко и съедали зерна, попадавшиеся им на глаза; следовательно, мои муравьи поступали очень благоразумно, скрывая свое сокровище и не доверяя его похитителям. Как скоро я догадался, в чем дело, то решил избавить моих постояльцев от их беспокойных соседей; я навязал несколько лоскутков бумаги на небольшие палочки и рассадил их вокруг ящика; движение этих бумажек пугало голубей; когда же какой-либо смельчак из них подлетал к ящику, несмотря на взятые мной предосторожности, тогда я криком и шумом заставлял похитителя оставлять свою добычу; вскоре голуби отучились прилетать на окошко. Несколько времени спустя, к величайшему моему удивлению, муравьи вынесли наружу в продолжение дня два или три зерна хлеба; заметив, что эти зерна остались невредимыми и что им нечего бояться, мои постояльцы вынесли на солнце и весь свой запас, подобно другим муравьям. Во всяком муравьином гнезде находится узкое отверстие в вершок глубиною и посредством подземного канала соединяется с житницами муравейника: семена в сих житницах могли бы легко прорасти, что было бы очень невыгодно для муравьев; дабы предупредить эту неприятность, они всегда откусывают несколько зерна, делая его через то неспособным к произрастанию.
Но другие беды грозят их житницам: от сырости, находящейся в земле, зерна могут загнить и сделаться негодными к употреблению; чтобы предотвратить и это несчастие, они с большим рачением стараются собирать совершенно сухую землю. Зерно, находясь в такой земле, не гниет и не прорастает, и потому муравьи стараются иметь столь же сухую землю, как и сухие зерна. Вот как они поступают в сем случае: сперва они устилают пол сухой землей, потом кладут на нее ряд зерен, которые покрывают тонким словом земли и всякий день два раза вытаскивают свои зерна для просушки. Если вы обратите на это внимание, то увидите, что муравей прежде всего старается дотащить в нору небольшой комок земли, это продолжается до тех пор, пока из сих комков не образуется небольшой слой, тогда они начинают сносить в нору самые зерна, кои снова покрывают землей.
Эту сушку производят они в хорошую, но не в дождливую погоду, и, что всего страннее, они как будто предчувствуют ее перемену, ибо никогда не выставляют на воздух зерен своих перед дождем.
Я заметил, что мои муравьи ходили за запасом большей частью в близстоящий амбар, в котором находились разного рода хлебы; муравьи таскали обыкновенно пшеницу. Желая испытать, до какой степени простирается смышленность и терпение моих постояльцев, я велел не только затворить амбар, но даже заклеить бумагой все могущие быть в нем отверстия. В то же время я положил кучку зерен в моей комнате; я знал уже давно смышленность моих муравьев, но и не подозревал, чтобы между ними могло быть соглашение, и не ожидал также, чтобы они вдруг бросились на мою кучку зерен: мне любопытно было знать, чем все это кончится. В продолжение нескольких дней они, по-видимому, находились в крайнем смущении; они бегали взад и вперед по всем направлениям, некоторые из них возвращались очень поздно, из чего заключаю, что они очень далеко [ходят] за провизиею. Иные не находили того, чего искали, но я заметил, что они совестились возвращаться с пустыми руками. Кому не удавалось найти пшеничное зерно, тот тащил ржаное, ячменное, овсяное, а кому ни одного зерна не попадалось, тот притаскивал комок земли. Окошко, на котором они жили, выходило в сад и было во втором этаже дома; несмтря на то, муравьи, отыскивая зерна, часто доходили до противоположной стороны сада; это была тяжелая работа: пшеничное зерно совсем не легко для муравья; только может он тащить его, и доставить такое зерно в муравейник часто стоит четырехчасовой работы.
А чего стоило бедному муравью взбираться с зерном по стене во второй этаж, головою вниз, задними ногами вверх? Нельзя себе вообразить, что делают эти маленькие насекомые в сем положении! Часто в удобном месте они останавливаются для отдыха, и число этих отдыхов может дать меру, до какой степени они приходят в усталость. Случается, что иные едва могут достигнуть своей цели; в таком случае сильнейшие из их собратий, окончив собственное дело, снова спускаются вниз, чтобы подать помощь своим слабым товарищам. Я видел, как один маленький муравей тащил пшеничное зерно, употребляя к тому все свои силы. После тяжкого путешествия, почти в ту минуту. Когда он достиг ящика, поспешность или что другое заставило его оборваться, и он упал в самый низ. Подобные случаи отнимали у других мужество. Я сошел вниз и нашел, что муравей все еще держит в лапках свое драгоценное зернышко и собирается сова подняться.
В первый раз он упал с половины дороги, в другой раз несколько выше, но во всех сих случаях не расстался ни на минуту с своею добычей и не потерял мужества. Наконец, когда силы его совершенно истощилось, он остановился, и уже другой муравей пришел к нему на помощь. И в самом деле, пшеничное зерно стоило этих усилий: оно было белое, полное.
Если этот рассказ вам понравился, то когда-нибудь расскажу вам побольше об этих интересных тварях, потому что я наблюдаю их с давнего времени и всегда нахожу что-нибудь новое, любопытное, которое вполне вознаграждает меня за мои усилия. Мне очень было весело доставлять моим муравьям разные маленькие удобства, и с тех пор я никогда не прохожу мимо муравейника, не вспоминая, что то, что нам кажется просто кучей сора, содержит в себе целое общество тварей деятельных, промышленных, которых смеливость и постоянство в исполнении своих обязанностей могут служить образцом для всего мира. Эта мысль не позволяет мне никогда трогать муравейник и нарушать спокойствие его жителей. Посмотри, ленивый мальчик, посмотри на муравья и старайся последовать его примеру».
Одоевский Владимир, князь. Анекдоты о муравьях // Одоевский В., кн. Сказки дедушки Иринея. — М., 1993. — С. 135—140.

19.
«Дойдя до леса, я ложился возле первого муравейника, который мне попадался, ловил гусеницу и осторожно клал ее у одного из входов в высокую ноздреватую пирамиду, из которой выбегали муравьи. Гусеница уползала, подтягивая к себе извивающееся, мохнатое тело. Ее настигал муравей; он хватал за ее хвост и пытался задержать ее, но она легко тащила его за собой. На помощь первому муравью прибегали другие: они облепляли гусеницу со всех сторон, живой клубок медленно двигался назад и, наконец, скрывался в одном из отверстий. Та же судьба постигала крупных мух с синими крыльями, дождевых червей и даже жуков, хотя с последними муравьям было труднее всего справиться: жуки гладкие и твердые, их нелегко ухватить.
Но самую жестокую борьбу я наблюдал тот раз, когда пустил в муравейник большого черного тарантула. Я не видел более свирепого существа ни среди зверей, ни среди насекомых, известных своей жестокостью, — если можно так назвать их непостижимый инстинкт. Самые злые зверьки, которых мне доводилось встречать, - хорьки, хомяки, ласки — обычно обладают известными аналитическими способностями и в случае опасности отступают, бросаются же на врага только если нет возможности бегства. Я видел всего один раз, как ласка вцепилась в руку конюха, ранившего ее камнем; обычно же ласки убегали с чудесной, змеиной быстротой. Тарантул никогда не отступает. Я осторожно выпустил его из стеклянного пузырька: он упал прямо на муравьиную кучу. Муравьи тотчас напали на него. Он передвигался по земле прыжками и отчаянно сражался, и вскоре множество перекушенных пополам муравьев билось на земле, умирая. Он с яростью бросался на все, что шевелилось, не воспользовался тем, что мог уйти, и оставался на месте, как бы ожидая новых противников. Битва длилась более часа, но, наконец, и тарантул был втянут в муравейник. Я смотрел на этот бой с томительным волнением, и смутные, бесконечно давно забытые воспоминания будто брезжили во мгле моих навсегда похороненных знаний. И сейчас же после этого я отправился дальше: ловить ящериц, лить воду в норки сусликов...»
Газданов Гайто. Вечер у Клер. — Владикавказ, 1990. — С. 40—41.

20.
«Я спросил одного естественника, в чем его специальность. «Последние три месяца, — отвечал он, — я был занят изучением желудочных паразитов белого муравья...»
Волконский Сергей, князь. Мои воспоминания. — Т. 1. — М., 1992. — С. 308.

21.
«Третий номер, о котором хочу сказать, — живые картины «Стрекоза и муравей». На фоне темно-синего коленкора дверь — крыльцо жилища Муравья.
В дверях, к притолоке прислонившись, в ермолке, с трубкою в зубах — Муравей. Муравьиха, красивая, дебелая, с засученными рукавами, в корыте белье стирает. За ними видна кухня, посуда, под потолком на веревочке детское белье сушится. По ступеням крыльца штук ыосемь «муравьят» впихивают куль муки...»
Волконский Сергей, князь. Мои воспоминания. — Т. 2. — М., 1992. — С. 263—264.

22.
«Этот фильм* родился в результате встречи двух снов. Приехав на несколько дней в гости к Дали в Фигерос, я рассказал ему сон, который видел незадолго до этого и в котором луна была рассечена пополам облаком, а бритва разрезала глаз. В свою очередь он рассказал, что прошлой ночью ему приснилась рука, сплошь усыпанная муравьями. И добавил: «А что, если, отталкиваясь от этого, сделать фильм?»
Поначалу его предложение не очень увлекло меня...»
* «Андалусский пес».
Бунюэль Луис. Мой последний вздох // Бунюэль о Бунюэле. — М., 1989. — С. 129—130.

23.
«…Он внимательно разглядывает что-то у себя в правой руке.
Девушка подходит и тоже смотрит на его ладонь.
Крупный план ладони, в центре которой кишат муравьи, выползающие из черной дырки. Ни один муравей с руки не падает.
Наплыв. Волосы под мышками у девушки, загорающей на залитом солнцем солнцем пляже. Еще один наплыв…»
Бунюэль Луис. Андалусский пес. Киносценарий // Бунюэль о Бунюэле. — М., 1989. — С. 281.

24.
«То, что свет фар, падая в темноте на стволы деревьев, оставляет на них свет, я заметил однажды, когда, направив фары на какой-то дуб, вышел из машины и посмотрел. Кора дерева кишела муравьями, сновавшими туда-сюда с обычным для них бессмысленным проворством. Лишь на месте, освещенном фарами, муравьев не было. Они обходили его по периметру так, что ни один не попал на светлое пятно. Муравьи продолжали огибать это место и тогда, когда я погасил фары и света не стало. Наверное, только для меня, а не для них...»
Антонио Микеланджело. К границе // Антониони об Антониони. — М., 1986. — С. 319.

25.
«Я на корточках перед большим муравейником смотрел, как муравьи бегают по своим дорожкам. Сережа тут же копался в песке...»
Сабашников Михаил. Воспоминания. — М., 1988. — С. 55.

26.
«Изобилие ягод. Громадные муравейники. Иногда чуть ли не в рост человека..»
Сабашников Михаил. Воспоминания. — М., 1988. — С. 80.

27.
«Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его, и будь мудрым. Нет у него ни начальника, ни приставника, ни повелителя; но он заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою [Или пойди к пчеле и познай, как она трудолюбива, какую почтенную работу она производит; ее труды употребляют во здравие и цари и простолюдины; любима же она всеми и славна; хотя силою она слаба, но мудростью почтенна]. Доколе ты, ленивец, будешь спать?..»
Книга притчей Соломоновых // Библия. — М., 1990. — С. 599.

28.
«Человечество ослабело. Людей того времени — это они жили в подземельях — Зинаида Гиппиус называла муравьями. «Лунные муравьи» Уэллса погибали легко. Они рассыпались под ударами, как грибы...»
Шкловский Виктор. О Маяковском // Шкловский В. Жили-были. — М., 1964. — С. 232.

29.
«Ничего тут удивительного нет, — с профессорским видом заявил Лозинский. — Всему виной Лафонтен и наш дедушка Крылов, привившие нам ложное понятие о муравье и кузнечике-стрекозе. Противопоставляя тип труженика-муравья типу стрекозы-кузнечика. А они прекрасно уживаются и дополняют друг друга в Чуковском, наперекор басне...»
Одоевцева Ирина. На берегах Невы. — М., 1988. — С. 199.

30.
«Я вижу червей, ползущих по декорациям, как армия красных муравьев, уничтожающих все на своем пути...»
Миллер Генри. Тропик Рака. — М., 1991. — С. 83.

31.
«В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зернышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму. Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности. Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришел он попросить у муравья корму. Сказал муравей: «Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму».
Так люди в достатке не задумываются о будущем, а при перемене обстоятельств терпят жестокие бедствия.»
Эзоп. Муравей и жук // Античная басня. — М., 1991. — С. 116—117.

32.
Муравей некогда был человеком и занимался хлебопашеством; но, не довольствуясь плодами своего труда, он завидовал другим и все время их обкрадывал. Рассердился на него Зевс за такую жадность и превратил его в насекомое, которое мы называем муравьем. Но и в новом облике нрав у негоостался прежний: он и по сей день бегает по полям и собирает по гумнам пшеницу и ячмень себе про запас.
Басня показывает: кто от природы злонравен, того никакое наказание не исправит.
Эзоп. Муравей // Античная басня. — М., 1991. — С. 131.

33.
«Муравью захотелось пить; спустился он к источнику, чтобы напиться, но упал в воду. Голубь с ближнего дерева оторвал листок и бросил ему; муравей выбрался на листок и спасся. В это время остановился поблизости охотник, приготовил свои прутья и хотел уже голубя изловить; но тут муравей укусил птицелова в ногу, прутья у него дрогнули и голубь успел улететь.
Басня показывает, что при случае и от бессильных бывает помощь.»
Эзоп. Муравей и голубь // Античная басня. — М., 1991. — С. 150.

34.
<Трудись лишь с пользой, — убеждает басенка>
«Муравей и муха спор вели отчаянный:
Кто лучше из них. Сказала муха первая:
«В сравнении со мною чем ты славишься?
Я на закланьях пищею богов кормлюсь,
Во все я вхожа храмы, к алтарям ко всем,
Лишь захочу — царю сажусь на голову
И верных жен пью поцелуи чистые.
Живу в довольстве, ничего не делая —
Тебе ль знавать такое деревенщина!» –
«Конечно, честь — быть божьим сотрапезником,
Но лишь когда зовут, а не клянут тебя.
На алтарях сидишь ты, пока не выгонят;
Поминая головы царей и губы жен,
Ты хвалишься тем, о чем молчать пристойнее.
Не трудишься — зато в нужде беспомощна.
И когда я зерна запасаю на зиму,
Ты, вижу, под стеной навозом кормишься.
Меня ты дразнишь летом, а зимой молчишь;
И ты погибнешь, съежившись от холода,
А я спокойно скроюсь в свой богатый дом.
Вот что отвечу я на эту спесь твою».
Такая басня учит видеть разницу
Меж тем, кто блещет ложными достоинствами,
И тем, чье украшенье — в добродетели.»
Федр. Муравей и муха // Античная басня. — М., 1991. — С. 309.

35.
«Нес муравей сушить за свой порог зерна,
Которые он на зиму запас с лета.
Голодная цикада подошла близко
И попросила, чтоб не умереть, корму.
«Но чем же занималась ты, скажи, летом?» –
«Я, не ленясь, все лето напролет пела».
Расхохотался муравей и хлеб спрятал:
«Ты летом пела, так зимой пляши в стужу».»
<Заботиться важнее о своей пользе,
Чем негой и пирами услаждать душу.>
Бабрий. Муравей и цикада. — М., 1991. — С. 399.

36.
«Так, например, они [американцы] способны проникнутьк Чарли Чаплину в тот момент, когда он готовится принять утреннюю ванну, и любезно осведомиться у него, как он, Чарли Чаплин, к животрепещущему вопросу о вывозе муравьиных яиц в Гватемалу...»
Шполянский Аминад. Анкета // Дон-Аминадо. — Наша маленькая жизнь. — М., 1994. — С. 367.

37.
«...Муравьиный спирт, — говорил про него* Бунин, — к чему не прикоснется, все выедает…»
«И только «Муравьиный спирт» угрюмо молчал и щурился...»
* В. Ходасевич.
Шполянский Аминад. Воспоминания // Дон-Аминадо. Наша маленькая жизнь. — М., 1994. — С. 580, 582.

38.
«И было окно с облупившейся штукатуркой, пауками и муравьями. Художник жил здесь, здесь жили половинчатые картины незаконченного Леонардо...»
Волконская Вера. Переделкино: идиотический роман. — Лос-Анжелес, 1995. — С. 61.

39.
«А когда он просыпал на стол кофе, похолодел: она не приедет никогда. По его извилинам забегали рыжие муравьи. Мысли скрючились и сплелись, как сопли, в клубок. «Не надо давать советов желающим застрелиться». Рапира позвоночника проткнула сердце. Мужское начало кончилось...»
Волконская Вера. Переделкино: идиотический роман. — Лос-Анжелес, 1995. — С. 197.

40.
«Есть люди, живые, ходящин по нашей земле, но отделенные от нас не гигантскими линейными расстояниями, а ментальными и духовными пропастями — эти люди собирали муравьев и жрали, а пока в предвкушении лакомства они облизывали губы, их звучащая не была похожа на нашу...»
Миллер Генри. Sexus. — СПб., 1996. — С. 288.

41.
«Пчела, работающая над своим ульем, ласточка, вьющая гнездо, муравей, строящий себе жилище, и паук, ткущий паутину, — ничего не сумели бы сделать без предваряющего извечного откровения. Или мы должны верить, что это так, или признать, что материя мыслит. Но, не смея приписывать материи так много чести, давайте уж лучше держаться откровения...»
Казанова Джованни Джакомо. Мемуары. — М., 1991. — С. 29.

42.
«…у пестро размалеванной стойки, занимавшей всю стену, две изможденные женщины дразнили старика, который брезгливо чистил щеткой рукава своего пальто.
Ему все чудится, будто к нему красные муравьи ползают, — с хохотом сказала одна из женщин проходившему мимо Дориану. Старик с ужасом посмотрел на нее и жалобно захныкал...»
Уайльд Оскар. Портрет Дориана Грея // Уайльд О. Избранные произведения: В 2-х т. — Т. 1. — М., 1993. — С. 161.

43.
«Рука скользнула вдол бедра хозяйки, и я вдруг увидел маленький сад, заросший приземистыми, широкими деревьями, а с них свисали огромные, покрытые волосками листья. И всюду кишели муравьи, сороконожки и моль. Были тут животные еще более отвратительные: тело их состояло из ломтика поджаренного хлеба — из таких делают канапе с голубями, двигались они боком, переступая на крабьих клешнях. Листья были черным-черны от всех этих насекомых...»
Сартр Жан-Поль. Тошнота // Сартр Ж.-П. Избранные произведения. — М., 1992. — С. 68.

44.
«Но вот прошло красное лето, пришла зима, установился санный путь, пришлось братии покинуть огороды.
И заскучала вся плешь, напал извод и тошнота великая.
В келии у Саврасия стояла печурка, на этой печурке сидели кишки и желудки да, свесив ножки, лапша висела, — тут разводил Саврасий мравиев.
Этими мравиями он и пользовал плешь от тошноты и извода великого.
Всякий день брал Саврасий сосуд глиняный — добрые хозяйки соленый и отварной гриб в таких сосудах с пользой сохраняют — и отпускал таковой на каждого брата с двунадесятью мравиями.
А вся братия, сидя по келиям в тишине и в молчании, вынимала эти самые свои части и, положа все в сосуд целиком к мравиям, предавалась вол[ж]е Божией — их насыщению.
И омраченные дивились все диву невиданному, благодарили Господа за ниспослание брата верного и любовного — ангела хранителя в образе Саврасия...»
Ремизов Алексей. Заветные сказы (Что есть табак. Гоносиева повесть) // Эрос. Россия. Серебрянный век. — М., 1992. — С. 200.

45.
«На плеши мирно и тихо текла жизнь.
Возлежала братия на огородах с мухами и распинала плоть свою, долбя в томлении частями своими этими сочные огородные тыквы, иные в лес уходили — зеленым частым гребнем лес стоял, заманивал иноков прохладой, муравьиными кочками и грибом пухлым, а иные на реку шли — широкая, кишмя киша рыбами, полотенцем растянулась голубая река, — там ловили рыб и пользовались для этого дела живыми их мохнатыми жабрами…»
Ремизов Алексей. Эрос. Россия. Серебрянный век. — М., 1992. — С. 203.

46.
«Старец Епифаний на муравьиную кочку садился, усядется поудобнее, норовя голым гузном в самую едучую кипь, спервоначала — очень, а притерпелся — и ничего...»
Ремизов Алексей. В Розовом блеске. — М., 1990. — С. 661.

47.
«…хитрый дьявол…
насади мне в келию червей,
Рекомых мравии. Начаша мураши
Мне тайны уды ясть, и ничего иного,
Ни рук, ни ног, а токмо тайны уды.
И горько мне и больно — инда плачу…
Мешок на уды шил: не помогло — кусают…
Колико немощна вся сила человека!
Худого мравия не может одолеть,
Не только дьявола, без божьей благодати...»
Волошин Макс. Сказание об иноке Епифании // Средоточье всех путей. — М., 1989. — С. 444.

48.
«…Душистый автомат,
Ходячий косметик, простеган весь на ватке,
Мурашки не стряхнет без лайковой перчатки,
Чинится день и ночь, напудренный скелет,
Поношен, как букварь, и стар, как этикет!..»
Долгоруков Иван, князь. Ив. Андр. Евреинов // Пыляев М. Старая Москва. — М., 1990.

49.
«По окончании смотра казаки пустились во все стороны группами; это был живописный вид: несколько сот казаков, рассыпавшись по обширной степи, ехали от места смотра во всех направлениях. Картина эта припомнила мне рассыпное бегство муравьев, когда мне случалось выстрелить холостым зарядом из пистолета в их кучу...»
Дурова Надежда. Кавалерист-девица. Просишествие в России // Дурова Н. Избранные сочинения кавалерист-девицы. — М., 1988. — С. 46.

50.
«Когда малышке исполнилось десять лет, мать своими когда-то прекрасными руками научила ее месить хлеб, а отец подозвал к себе, сказал, что будущее не вода, и преставился. Девочка пролила по отцу ручьи слез, так что муравьи, двигаясь вдоль этих ручьев, могли подняться до самого ее лица. Она осиротела...»
Павич Милорад. Хазарский словарь. Роман-лексикон в 100000 слов. Мужская версия. — СПб., 1997. — С. 47.

51.
«Когда Захар Павлович присаживался покурить, он видел на почве уютные леса, где трава была деревьями: целый маленький живой мир со своими дорогами, своим теплом и полным оборудованием для ежедневных нужд мелких озабоченных тварей. Заглядевшись на муравьев Захар Павлович держал их в голове еще версты четыре своего пути и наконец подумал: «Дать бы нам муравьиный или комариный разум — враз бы можно жизнь безбедно наладить: эта мелочь — великие мастера дружной жизни; далеко человеку до умельца-муравья...»
Платонов Андрей. Чевенгур // Платонов А. Избранное. — М., 1988. — С. 34.

52.
«Лесные муравьи (муравей рыжий, formica nuta). У простолюдинов есть замечание, касательно муравьиного гнезда. Раскапывая муравьиную кочку до самого гнезда, простолюдины, по неоднократным фактам, убедились, что если муравьиное гнездо находится близко к поверхности кочки, то это предвещает всегда положительную хорошую, ведряную погоду и, наоборот, когда муравьиное гнездо устроено у самого основания кочки, — значит долго будет ненастье...»
Журнал Министерства внутренних дел. — Ч. 40. — Январь. — 1860. — С. 158. — (Феоктистов В.).

53.
«А оттуда, из-за далекого горизонта, уже бежало, смеясь и шумя, размахивая пестрым флагом, зеленое лето с муравьями и ромашками...»
Толстая Татьяна. «На золотом крыльце сидели...» // Толстая Т.Н. Любишь — не любишь. — М., 1997. — С. 37.

54.
«И неприятности любви
В лесу забавны и милы:
Ее кусали муравьи
Меня кусали комары».
Глазков Николай. «И неприятности любви…» // Глазков Н. Автопортрет: стихи и поэмы. — М., 1984. — С. 62.

55.
«…Или возьмем, господин обер-лейтенант, к примеру муравьев…»
Гашек Ярослав. Похождения бравого солдата Швейка. — М., 1990. — С. 631.

56.
«…Увидев застывшего в дверях молодого маркиза, граф поморщился, затем улыбнулся, обнажив ряд красивых белых зубов:
— Раз уж вы зашли, друг мой, я разрешаю вам поприсутствовать на необычном спектакле, соединяющем естествоиспытательный опыт с приятной праздностью. Капитану Грею угодно обучить меня новомышленному наслаждению, в которое он сам был посвящен индейцами Москитного берега. Как я полагаю, эти индейцы, в отличие от наших моралистов, не воспаряют в безумной надменности над миром, а совокупляются всеми доступными способами, предлагаемыми для этого Природой… Один из таких способов мы пытаемся воспроизвести…
Клод-Франсуа вежливо присел на шератоновскую кушетку в углу. Щеки его пылали. Глаза сделались воспаленными.
— Итак, любезный граф, — молвил капитан Грей, — для начала мы будем принуждены обратиться к помощи этих девушек. Он указал на двух полуголых крестьянок, сидевших за портьерой, отчего юный маркиз поначалу их не заметил. — Наши нимфы должны разогреть нам наши члены, дабы расположенные в головках нервные окончания, будучи подверженными благотворной теплоте, стали более восприимчивыми к посторонним раздражителям…
Обе девочки присели на корточки и взяли губами хоботы наших героев. Было видно, что им не впервые доводится заниматься подобным ремеслом: каждая мгновенно со сладострастной спешкой заглотнула невероятных размеров елдаки вплоть до того места, где они выходят из тела и начинают вести свое суверенное существование. Сося и облизывая трепещущие атрибуты аристократов, девушки не забывали пощекочивать пальчиками ягодицы мужчин, отдавшихся без остатка страсти. По закатившимся глазам приятелей было видно, что волна наслаждения одна за другой накатывала на них и что подобное поведение девушек отнюдь не уменьшало у графа и его гостя доверенности к пороку.
Как только стали появляться признаки приближения семяизвержения и каждый герой должен был вот-вот кончить, они выдернули изо ртов нимф свои елдаки. Капитан взял фарфоровый кувшин и полил себе и графу на головки сиропу. Затем он достал лаковую китайскую шкатулку с прорезями и пояснил окружающим:
— Сегодня поутру я поручил слугам наловить в саду безопасных насекомых (insectum). Следует выпустить наших пленников на сироп, дабы приступить ко второй стадии опыта.
Отпущенные на свободу муравьи сперва стали увязать в сиропе, а затем принялись его поглощать, ввергая графа и капитана своим копошением и укусами в неизбывное удовольствие.
Наши герои распростерлись в креслах. Издалека их тела можно было принять за бездыханные, когда бы волна судорог не пробегала по ним с головы до ног. «Desipere in Loco» — «Безумствовать там, где это уместно».
Первым стал кончать граф. Он вдруг весь переменился, стал бледнее паросского мрамора и похолодел к окружающему миру. Фонтан спермы извергся к лепному потолку и вернулся в подставленные ладони девушек, поспешивших собрать влагу, упавшую как бы с небес. Капитан Грей, приближаясь к семяизвержению, стремился не выпускать из глаз расположившуюся поблизости от него девушку. В час, когда сперма ринулась на свет божий, он направил свою пушку в лицо девушки. Видимо, опыт этот проводился не в первый раз, потому что девушка вовремя открыла свой розовый ротик и была поражена выстрелом капитанской гаубицы, как говорится, до глубины души…
Событие это произвело в юном маркизе такую доверенность к дяде, что он стал выпускать из глаз слезы. Наутро слуги видели его ловящим в траве инсектов.
«Lusus Natural» — «Игра природы»...»
Сад де Донатьен-Альфонс-Франсуа (?). Клод-Франсуа // Эрос. Франция XVIII. — М., 1993. — С. 146, 147, 153.

Подготовил Аркадий Мурашев
2003


   24.07.2003
Ссылки по теме
Страна мурашия (несколько этюдов из мира книг)
«Та-ра-кан не ропщет!» (ффф-рейд по книжкам)
Вшивый Петербург
ВСЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА



ПОИСК
По сайту
В конференции
В энциклопедии
Кроме конференций
 
Все для животных в зоосупермаркете «Соленый Пес»
ЧИТАТЬ ЕЩЕ
Домашние животные древних египтян
«Цветы» моря — актинии
Конное поло – спорт аристократов
«Экватор»: интересные факты
Тритоны Тосики (фотографии)
Ласточкино гнездо
Признаки хищника
Как растут панды (фотографии)
Разведенная пара истратила $40 тыс. на судебные издержки их-за раздела любимой собаки
Посетители зоопарка ласково зовут его Владимиром Владимировичем (фотографии)
АНОНС
В Африке довольно много национальных парков и резерваций, где в естественных условиях гуляют жирафы, бегемоты и носороги. А вот заповедники, в которых живут львы, в Африке встречаются редко.
АНОНС
Верите ли вы, что плавать рядом с акулами не только УЖАСно интересно, но и безопасно?
АНОНС
Человечество не раз ставило памятники братьям своим меньшим, чтобы либо отдать дань уважения героиз
породыуходразведение покупки общениеконкурсы отдых литература энциклопедия
  © 2000 - 2014 Lavtech.Com Corp. Project of Lavtech.Com Corp.