Две фаланги - 2003, № 7

Леонид Каабак
профессор, доктор химических наук
Рисунки Елены Никитиной

Рисунок Елены Никитиной

В первые дни июля 1980 года автобусом из Джалалабада я приехал в кишлак Караалма, затерявшийся в лесах грецкого ореха в отрогах Ферганского хребта. Выбор места в значительной мере определил рассказ «Караалма» выдающегося геоботаника и замечательного писателя профессора К.Станюковича. По его прочтении я понял, что если на земле есть рай — находится он именно здесь. Основной же целью поездки в Киргизию были бабочки.

Мой добрый знакомый — секретарь сельсовета Тургунали Базаров оказался дома. Радостная встреча, традиционные угощения, расспросы о жизни, о здоровье… Близился полдень, и я стал торопливо вытаскивать из рюкзака сачок. Я хотел подняться на гору недалеко от поселка. Узнав мой маршрут, Тургунали посоветовал взять его ружье: именно там появилось много кабанов, теперь у них поросята, а встреча с секачом опасна. Я ответил, что мне хватит и сачка.

Тропинка поднимается в зарослях кустарника между высоченными, с густыми кронами деревьями грецкого ореха, затем уходит в яблоневый лес, где деревья усыпаны небольшими зелеными плодами, и наконец, выводит меня на безлесный, залитый солнцем склон горы. Сразу бросились в глаза высокие свечи нежно-розовых эремурусов. Над усыхающим, но местами еще цветущим разнотравьем летают бабочки. Это — бризеиды (Satyrus briseis). Их коричневые крылья украшены широкой светлой, почти белой перевязью.

Сольпуги (фаланги, бихорки — Solifugae) — отряд в классе Паукообразные (Arachnida). Рисунок Елены Никитиной.
Чем выше — тем суше травы. Бабочки уже не встречаются. Затерялась и тропинка. Высота около 2300 м над уровнем моря. И тут я увидел удивительное растение: без ножки, прямо из сухой каменистой земли рос огромный, высотой до 7 см, черный бархатный цветок, формой напоминающий тюльпан. Единственный раз в жизни цветок показался мне зловещим; я даже решил, что он ядовитый. Знакомые ботаники, которым я на словах описывал его, не давали однозначного определения. А фотоаппарат, к сожалению, я тогда оставил в рюкзаке.

Не забывая предупреждения Тургунали о кабанах, я постоянно прислушивался, не раздастся ли их похрюкивание или повизгивание. Но услышал я совсем не то, что ожидал. В шаге-двух по ходу, внизу раздался странный звук: то ли скрип, то ли потрескивание-стрекотание. Я глянул в его сторону и увидел гигантскую, почти черную фалангу. Волосатое чудовище, приподняв переднюю часть туловища, угрожающе выставило на меня хелицеры с мощными раскрытыми клешнями, длинные щетинистые педипальпы и передние ноги. А звук издавали хелицеры при трении друг о друга.

Я видел немало фаланг в Туркмении. Все они были песочного цвета, желтоватые или светло-коричневые. Да и величиной сильно уступали сидевшему передо мною животному с туловищем длиной около 7 см. Я понимал, что экземпляр крайне интересный, но поймать, да еще и сохранить убитую громадную фалангу я не мог: у меня не было ни морилки нужного размера, ни необходимого количества спирта. К тому же при встрече с огромными пауками я испытываю арахнофобию — боязнь пауков. Вспомнилось и то, что, нападая, крупные фаланги могут совершать метровые прыжки. Злясь на себя за страх перед этим омерзительным существом, решаю, что проявлять этот страх человеку негоже. И я не стал обходить фалангу, как хотелось, а перешагнул через нее, правда, как можно выше поднимая ноги.

Продолжение экскурсии уже не вызывало никакого удовольствия. Чтобы снова не столкнуться с отвратительным созданием, все время смотрел под ноги. Только бабочки могли бы развеять чувство легкой тревоги и мрачное впечатление от встречи с фалангой. Но их не было. На вершине, на высоте около 2600 м, разместилось несколько низкорослых березок да одиноко порхал довольно полетанный махаон… Из Караалмы я уехал первым же автобусом.

Через четыре года, на сей раз на Восточном Памире, я еще раз увидел фалангу. Весь день в поисках бабочек я лазал по крутым склонам скального массива Мынхаджир. В лагерь геологов спустился к вечеру. В это же время туда пришел грузовик с ребятами, которые направлялись в свою геологоразведочную партию в горах Ак-Бура, километрах в 40 южнее Мынхаджира. А через пару часов, затемно, туда отправились и мы. Ехали бездорожьем, по каменистой высокогорной пустыне. В крытом кузове нас жестоко трясло и кидало. На месте оказались после полуночи. Никогда я не испытывал такой усталости. В большой круглой палатке мест на десять мне выделили раскладушку. И тут при свете фонарика я увидел на потолке крошечную фалангу, бесцветную и почти прозрачную. Ее длина вряд ли превышала сантиметр. Это и не удивительно: высота над уровнем моря здесь достигает 3800 м. Никакого страха перед малюткой у меня, конечно, не было. Оставалось просто стряхнуть ее в пузырек со спиртом. Но неожиданно припомнилась громадная черная фаланга на горе под Караалмой, и возникло то же отвращение, какое я к ней испытал. И я не стал трогать «малютку».

С тех пор прошло много лет. Теперь я жалею, что не взял двух фаланг, особенно памирскую. Ведь о высокогорных фалангах мы знаем очень мало. Но природа обычно не повторяет предоставленных нам ранее возможностей.

Полная версия статьи со всеми иллюстрациями:
Две фаланги / Леонид Каабак // В мире животных. — 2003. — № 7. — С. 42–43.